gototopgototop

Увеличить шрифт

 

СПбГБУК «Централизованная библиотечная система Курортного района»

 
 
 
 
Вы здесь: Главная Наши библиотеки Филиал №3 Победы и поражения братьев Стругацких
Среда, 20.09.2017
 
 

Победы и поражения братьев Стругацких

( к 80-летию Бориса Натановича Стругацкого)

Будах тихо проговорил:
— Тогда, господи, сотри нас с лица земли
и создай заново, более совершенными...
или, еще лучше, оставь нас и дай нам
идти своей дорогой.
— Сердце мое полно жалости, — медленно
сказал Румата. — Я не могу этого сделать.

«Трудно быть богом»

СтругацкиеИз интервью Бориса Натановича Стругацкого 1994 года: «Знакомство братьев Стругацких 55-го года и братьев Стругацких 75-го года вызвало бы, скорее всего, взаимную ненависть и неприязнь. Такая встреча могла бы окончиться дракой, потому что „Страну багровых туч“ писали вчерашние сталинисты, готовые всё отдать за великого вождя всех народов. Правда, во время работы над романом мы стали немножко умнее, кроме того, в стране произошли большие события — началась оттепель. ... Страна менялась, история менялась, мир менялся — и мы, естественно, менялись вместе с ними».

Цветущие шестидесятые! Незабвенный «полдень лучезарный» середины ХХ века с его надеждами, верой в научный прогресс, который (конечно же!) сделает человека лучше! Интеллигенция 60-х была материалистична. Ее идеалы располагались целиком в этом мире. Идеалы построения «справедливого» общества, основанного на гуманистических принципах, казались вполне достижимыми. Разум обожествляли, воспитанию «нового» человека готовы были служить и надеялись этого добиться. Жизнь казалась не сложнее таблицы умножения. Люди 60-х не знали и не хотели знать о греховной поврежденности человеческой природы. Уроки великого Достоевского с его «Записками из подполья» о человеческом самоволии не были усвоены, сладкое самоупоение на собственный счет владело умами... И вот в этих обстоятельствах братья Стругацкие создают свои утопии о людях будущего светлого мира, желая честно проверить, как и чем станут эти люди жить. Вслед за волшебной дудочкой братьев в эту мечту уйдут целые поколения. Все захотели вообразить себя этими идеальными людьми будущего, пока еще случайно находящимися в недоразвитых мирах несправедливого настоящего. Маска фантастики позволяла сказать об окружающем то, что невозможно было бы иначе. Идеалист, внутренне оглядывающийся на мир своего воображения, с отвращением взирал на настоящее, не видя в ТАКОМ настоящем собственного портрета.

Из интервью БНС: «И — конец всех иллюзий: 1968 год, вторжение в Чехословакию. Когда стало окончательно, до ледяного холода в душе, ясно: моя страна — просто полуфашистское тоталитарное государство, у которого ничего общего с коммунизмом как с истинной идеологией нет и быть не может». Итак, ясно: я — хорош. Плох мир. Значит, нужно переделать мир под меня. То, что в сущности уже однажды так рассуждали отцы наших идеалистов, сделавшие революцию и прежний мир перевернувшие, детей не смущало, ибо главное качество отцов — разрушать до основания и строить заново — от отцов они унаследовали.

В своих книгах братья предоставят своим героям возможность исправлять недоразвитые миры. Так появятся знаменитые прогрессоры. Это люди, подобные нам с вами, точнее, нашему идеализированному представлению о самих себе. И что же выяснится? Точная, честная мысль братьев Стругацких не позволит им обманывать себя и читателя. Прогрессоры окажутся просто людьми. Они не выдержат испытания и станут вершить свой собственный суд по своим правилам в зависимости от обстоятельств, пользуясь правом более сильного, умного и развитого. И когда возникнет лишь подозрение о возможности влияния на прогрессоров более развитой, чем они сами цивилизации Странников, то паника, которая их охватит, быстро докажет, что прогрессировать других они готовы, а подчиняться чужому влиянию нет. Начав с микровоздействий на других без их согласия, т.е. лишив свободы выбора, тайно влияя на чужую волю, прогрессоры совершают насилие, творя «добро» по своему образцу. И неизбежно оказываются субъектом чужого воздействия, которое тоже не спрашивает их самих. Общество светлого будущего в итоге оказывается обществом неизбежного тайного насилия.

Отсутствие универсальной этики, возможной лишь в религиозном обществе, неизбежно приведет общество материалистов к поражению, к ситуативной безнравственности и насилию. Так попытка построить рай без Бога, хотели того братья или нет, логикой повествования приводит их к построению материалистического ада, где появляются соответствующие обитатели. Десятый роман из цикла «Полдень, ХХП век» «Волны гасят ветер» стал заключительным романом о прекрасном счастливом будущем. И каким же увидели это будущее братья Стругацкие? Эволюция вида человека разумного привела к развитию третьей сигнальной системы, появлению сверхчеловека, обладающего нечеловеческими возможностями и человеком в прежнем смысле уже не являющегося. Человека с гипертрофированным разумом, у которого гаснут его прежние эмоциональные привязанности (как у Тойво к матери и жене). Человечество начинает делиться на малую часть сверхлюдей — люденов и всех остальных. То есть формируется раса сверхумных господ и раса будущих рабов. То общество, которое в идеале выглядело справедливым и счастливым, в результате собственного развития пришло к перспективе ужасающей диктатуры, вырастив будущего Антихриста — нелюдя с ослабленными эмоциональными связями. И в сторону какого «добра» будут прогрессировать человечество подобные нелюди без эмоций страшно вообразить. Братья Стругацкие говорили, что в «Полудне» они изображали общество, в котором хотели бы жить сами. Так было в начале работы. Материалистический мир, который они изобразили в конце пути, таков, что возникают сомненья, а захотели бы братья там остаться? Теперь их уже не спросишь. Но нам, читателям, оставлено предостережение — чем может грозить человечеству безблагодатный плоский мир ничем не ограниченного познания, где веру в Творца заменяет вера в рацио и слепой неостановимый прогресс. «Дикобразу дикобразово» — словами из «Пикника на обочине», повести, в которой братьев Стругацких посетила гениальная догадка об отражении в картине мира лица его носителя, хочется закончить историю несостоявшейся утопии о прекрасном новом мире.

«Фантастика — это способ думать», — говорили братья Стругацкие. Любого крупного художника выбирает и возвышает время. Кончается время, уходит художник. История эволюции творчества АБС — это история поражения советского способа мыслить, включающего утопичность воображения, преклонение перед рацио и атеизм.

Братья СтругацкиеМногие свои повести АБС писали вместе в Доме творчества поселка Комарово. Именно в Комарове придумали они знаменитую Зону будущего «Пикника на обочине» и бессмертного «Сталкера» Андрея Тарковского. Братья вспоминали: «Задумана повесть была в феврале 1970 года, когда мы съехались в ДТ Комарове, чтобы писать «Град обреченный», и, между делом, во время вечерних прогулок по пустынным заснеженным улочкам дачного поселка, придумали там несколько новых сюжетов, в том числе сюжеты будущего «Малыша» и будущего «Пикника». Повесть о странной Зоне, оставленной некой внеземной цивилизацией, как мы оставляем на обочине дороги место бывшего пикника, полное неубранного хлама, безопасного для нас, но таящего угрозу для местных насекомых, возникла в Комарове. Наверно, зимний пустынный поселок чем-то провоцировал воображение как место, давно намоленное творческими людьми, чьи придуманные образы до сих пор тревожат там пространство. Комарово чем-то стимулирует к переменам, и люди там вдруг начинают писать, сочинять — так гласит местный фольклор. То есть они начинают высказывать себя через творчество. Зона у Стругацких, имевшая Золотой шар, исполняющий желания, всего лишь выражает внутреннюю сущность просителя. Столь же безошибочно, как и творчество, она прикасается к истинному ядру личности. Догадка Стругацких гениальна — человек живет в своей версии мира, которую творит содержанием собственной души. Вот почему сталкер «Пикника» приближается к Шару с опаской и отчаяньем, понимая, что недостоин. С какой внутренней реальностью может столкнуться ТАКОЙ сталкер? Таким образом, Зона помогает человеку познать самого себя.

Повесть «Пикник на обочине» принесла братьям Стругацким мировую известность. Поразительна история ее экранизации.

Андрей Тарковский заинтересовался повестью и решил поставить фильм. Но работа над сценарием показала, что прямой экранизации не получается. Сценарий всегда упрощает повесть, и режиссер искал ассоциативный «перевод» на язык кинематографа. Братья Стругацкие отнеслись к работе с редким смирением. Аркадий Натанович вспоминал: «Еще до начала работы нам с братом стало ясно: если Андрей Тарковский даже ошибается, то и ошибки его гениальны и стоят дюжины правильных решений обычных режиссеров». Поэтому они следовали его желаниям, заранее отказавшись от своей воли. Борис Стругацкий: «Андрей Тарковский был с нами жесток, бескомпромиссен и дьявольски неуступчив. Все наши робкие попытки творческого бунта подавлялись без всякой пощады и неукоснительно». Быть может, поэтому последний вариант сценария «Сталкера», полностью адекватный фильму, вы не прочтете в собрании сочинений братьев Стругацких. «Сталкер» — это, конечно, фильм Андрея Тарковского, хотя и по сценарию братьев Стругацких.

Итак, по сюжету, в некую «зону», похожую на реальный земной мир, но отличающуюся от нормального мира непредсказуемостью происходящих там явлений, идут люди — ученый и писатель. Идут, чтобы попросить об исполнении желаний. Ведет их сталкер Алан — брутальный двойник сталкера из повести.

Большую часть отснятого материала отдали в проявку, и при проявке фильм был запорот. Бывают в жизни творческих людей такие несчастья, которые потом оборачиваются удачей. Это тот самый случай. Случайность? Для материалиста — да. Для религиозного человека или для того, кто ищет — знак судьбы. Во всяком случае, для Тарковского, сознание которого всегда было в поиске другой реальности, эта история послужила неким сигналом. Он резко меняет замысел и говорит сценаристам: «Всё. С таким Сталкером я больше кино снимать не буду. Сталкер должен быть совсем другим. Чтобы этого вашего бандита в сценарии не было!» Это произошло летом 1977-го. Борис Натанович вспоминает, что они с братом были в отчаянии. Ценой беспримерного напряжения братья придумали Сталкера-юродивого. Прочитав новый вариант сценария, Тарковский сказал: «Первый раз в жизни у меня есть мой сценарий». Фильм был снят заново, всё получилось, теперь этот фильм — классика мирового кино.

Эта перемена судьбы и личности Сталкера в фильме удивительна. Как будто Тарковский что-то угадал важное: только бескорыстный проводник, ведомый желанием блага для ближнего, может вести людей к исполнению желаний в Зону, которая ответит каждому по тому, чего он достоин. Но хватит ли у людей веры для встречи с Зоной, чтобы получить ответ? Хватит ли у них надежды на встречу с Чудом?

Ирина Снеговая